Сказание о Двенадцати главах Книги Круга и Огоньке в Ночи.

Сказание о Двенадцати главах Книги Круга и Огоньке в Ночи.

Когда-то, в том месте, где граница времен тонка, жил один человек.
Он не знал, кто он. У него не было ни Имени в Круге, ни Пути. Но часть его отвечала на Зов Круга Бытия. Он странствовал по земле в поисках… чего-то. И не знал, что ищет Круг. Звали его просто — Путник. Шёл Путник сквозь зимние леса, где тьма тянула в себя и стужа была подобна пустоте. Люди в дома гасили огни и говорили: "Зима долгая. Надейся на весну." Но Путник не ждал весну.
Он искал Путь.

В последнюю ночь старого года, когда не осталось ни троп, ни следов, он вышел к поляне, окружённой древними деревьями, где в самом центре горел костёр. Вокруг костра сидели Двенадцать. Они были разными: старые и юные, веселые и задумчивые. Каждый из них излучал тепло и различение.

И когда Путник приблизился, Один из них — тот, кого зовут Первый — сказал:
— Ты пришёл к Костру Круга. Садись. Путник сел.
Огонь был живой. Он не обжигал, он согревал сердцем, как Истина. — Мы — главы Книги, — сказал Второй.
— Мы — направляющие в Круг Бытия.
— Мы — мысль и дух Движения и Продолжения, — сказал Третий.
И они стали говорить по очереди.

Первый — Дух, сказал:
«Бытие есть Круг Бытия и не исчезающая причина самого себя.»
И в Путнике ожило чувство: он — часть чего-то Великого.

Второй — Мир, сказал:
«Круг есть плоть бытия, всё формы суть продолжение Круга.»
И Путник увидел, что весь мир — живое тело смысла.

Третий — Путь, сказал склонившись к нему:
«Путь — это Круг, и Круг — это Путь, если ты знаешь.»
И Путник понял: его странствие не было блужданием.

Четвёртый — Дверь, протянул ему ладонь:
«Всё есть вход и выход. Слово в Двери, и Свет — за нею.»
И Путник почувствовал: он стоит на пороге.

Пятый — Пустота, говорил сурово, но справедливо:
«Пустота — не способна быть, но способна искажать.»
И Путник узнал, что сам несёт выбор внутри себя.

Шестой — Облики, показал зеркало:
«Нет ни одной формы, что не была бы проявлением Круга… или пустоты.»
И Путник стал различать, что в нём живо, а что — тень.

Седьмой — Опора, улыбнулся:
«Что есть в тебе, если не Круг? Он — твоя опора.»
И Путник обрёл силу стоять.

Восьмой — Продолжение, взял искру из костра и вложил в его ладонь: «Что продолжается — живо. Что не продолжается — угасает.»
И Путник почувствовал: он может быть тем, что длится.

Девятый — Сердце, сказал негромко, но ясно:
«Сердце человека — место встречи мира с миром.»
И Путник услышал в себе Зов, что всегда был с ним.

Десятый — Различение, взглянул пронзительно:
«Дар различения исходит от Круга. Ищущий — найдёт.»
И Путник различил: в нём самом живёт свет и тьма.

Одиннадцатый — Пробуждённый, сказал:
«Прозревший более не может быть слепым.»
И Путник стал прозревшим.

Двенадцатый — Приближение, улыбнулся первозданной улыбкой:
«Ты уже в Круге. Все шаги твои вели сюда.»
И в этот миг звёзды вспыхнули над лесом, и костёр стал светом, и Книга Круга оказалась в руках Путника.

Так в новогоднюю ночь, меж светом костра и дыханием звёзд, Путник стал Человеком Круга. Он встал и поклонился Двенадцати.
— Что мне делать теперь?
И Первый, и Второй, и Третий, и все до Двенадцатого сказали единым голосом:
— Продолжай.

Так закончилась Сказка, но не закончился Путь.
Потому что Путь в Круг — это и есть продолжение.
А Книга Круга — костёр, что не угасает в ночи.

Всеобщий Круг.