Сонечка родилась до войны. Девочка прочувствовала все тяготы этого времени. И голод, и холод ей были знакомы. Папа — на фронте, мама — изнуряющий труд для фронта. Но детство — есть детство, поэтому бы

Сонечка родилась до войны. Девочка прочувствовала все тяготы этого времени. И голод, и холод ей были знакомы. Папа — на фронте, мама — изнуряющий труд для фронта. Но детство — есть детство, поэтому было и много светлого: тряпочная куколка, сшитая ей бабушкой, бабушкины сказки и старая прабабушкина музыкальная шкатулка, нежно пахнущая сандалом.

Был маленький ключик с полой сердцевиной и плоской ажурной головкой, которым заводили эту шкатулку. Он лежал в особом ящичке этой шкатулки, и когда его доставали — это означало, что наступает праздник! Потому что начинала звучать волшебная музыка Сен-Санса, поднималась крышка, и из глубины шкатулки появлялась фарфоровая фигурка балерины, стоявшая на носочке пуанта и медленно кружившаяся под эту музыку. Трогать фигурку было нельзя, можно было только смотреть, и Сонечка знала каждый кружавчик на фарфоровой пачке, каждый прорисованный ноготок на тоненьких пальчиках рук, вскинутых, как лебединые крылья.

И эта шкатулка была символом счастливой жизни и волшебной мечты. Маленькой Сонечке музыка не казалась печальной, она была полна света и надежды на лучшее — на возвращение папы после победы, на мирную жизнь, когда исполнятся все заветные желания.
А мечтала Сонечка о том, что она станет врачом, может быть, будет лечить людей, а может, животных. Она постоянно тащила домой брошенных котят или щенят с ранеными лапками, выпавших из гнезда птенцов. Вместе с бабушкой выкармливала этих котят, подкладывала птенчиков курочкам, которые жили в маленьких сараюшках общего двора их барачного дома. А потом благополучно пристраивала этих котят и щенят в добрые руки, как-то удивительно находя нужные слова для новых хозяев, и те покорно соглашались взять питомцев.

А ещё Сонечка любила составлять красивые букеты — из цветов и травинок, из сухих листьев и палочек, шишек и веточек. И дарила их маме, бабушке, друзьям, соседям. И люди замечали, что рядом с таким букетиком, даже маленьким, становится как-то спокойнее и умиротворённее.
Жизнь шла. Сонечке и её семье повезло — папа вернулся с войны живой и здоровый. Послевоенные годы, школа. В классе было много детей переселенцев из западных регионов страны, некоторые пережили оккупацию, кто-то был из семьи чиновников, очень разношёрстная компания, и не все отличались добрым отношением к другим людям. Сонечку начали дразнить за длинные косы и неважное зрение, старенькие платья и огромную любовь к книгам, за нежелание травить слабых и угодничать перед дочкой железнодорожного начальника, за её инаковость.

Тонкая душевная организация девочки не позволяла противостоять агрессии среды. Пока живы были бабушка и папа, у Сонечки была защита и поддержка. Но трагически погиб в аварии отец и недолго пережила сына Сонина бабушка. И Соня после 7-го класса пошла работать помощницей продавца и перешла в школу рабочей молодёжи. Мама по-своему любила Сонечку, но уверяла её, что Сонечка неумна, поэтому школы ей хватит, а работа продавцом даёт стабильный заработок и возможность приобретать продукты, даже дефицитные. Что нужно выходить замуж, так будет надёжнее устроиться в жизни.

Мама была авторитарна и убедительна. И Сонечка вышла замуж в 18 лет за первого, кто предложил. О том, чтобы выучиться на врача, было забыто. Несмелый голос Зова вынужден был замолчать.
Но талантливый человек талантлив во многом. Сонечка пела. Чистое сопрано, льющееся из ее груди, от её души к душам слушателей заставляло тех и плакать, и смеяться, и подпевать, и потрясённо замолкать, а затем отбивать ладони в аплодисментах. Приехавшие на региональный смотр хоровых коллективов профессора из Гнесинки предложили поступление в училище без экзаменов, общежитие в Москве и пророчили блестящие перспективы. Но мама и муж сказали однозначное «нет!», что Соню ждёт жизнь падшей женщины, потому что на самом деле никаких талантов у Сони нет, и Сонечка, поверив им, а не в себя, свои силы и возможности, подчинилась.
Снова был предан Зов.

Серый быт вошел в жизнь. Соня перестала петь даже дома, когда она изредка оставалась в одиночестве. Радостью её жизни были дети и животные, которых она продолжала выхаживать и лечить, но в тайне от мужа, чтобы не вызывать скандалов. Изредка делала свои волшебные букетики, от которых прибавлялись силы и у неё, и у тех, кто получал их в дар. И когда становилось совсем уже тошно, она доставала старинную прабабкину шкатулку, осторожно её заводила и, завороженно слушая нежную мелодию, смотрела на то, как кружится фарфоровая балерина... И появлялись силы жить дальше.

Честно работая в торговле, что само по себе редкость, не нажила хором и шуб, но всегда была уважаема коллегами и руководством, покупателями и соседями, любима детьми, и своими, и чужими, обожаема всеми животными, которые жили в округе. Всю жизнь, помня о своих рухнувших мечтах, она помогла детям и внукам выбрать профессии по душе и создать крепкие семьи.
Но и сейчас, в свои 80 лет, еще довольно крепкая и бодрая, она, говоря, что прожила хорошую жизнь, иногда достаёт свою старинную шкатулку, заводит её, смотрит на фарфоровую балерину, слегка покачивая головой в такт мелодии, не замечая, как текут слёзы по её щекам. И танцующая фигурка смотрит на пожилую женщину, наверное, вспоминая маленькую Сонечку. И маленькая трещинка у внутреннего уголка одного из глаз балерины похожа на слезу...

Танцовщица плачет по утраченным Сонечкой крыльям, зная, что в глубине ее души живёт Свет и звучит Зов Мира, она шла и продолжает идти по Пути в Круг.

Всеобщий Круг

Была ли у вас мечта, от которой вы когда-то отказались?